Терменвокс по-русски

Мы постоянно добавляем новые материалы на сайт и мы постоянно нуждаемся в вашей помощи.

Пожалуйста, помогите нам с переводом материалов на русский язык.

Переведите пару абзацев >>

Свободно из пространства вышедший звук

С. Зорин. Журнал: «Моделист-Конструктор», №4, 1981 год, стр. 21-22

Льву Сергеевичу Термену всего лишь 85 лет. «Всего лишь» потому, что часто кажется: этот подвижный, энергичный человек с молодо поблескивающими глазами не чувствует своего возраста. Утром спешит он на работу, штурмуя переполненные в часы «пик» автобусы, выходит у физического корпуса МГУ, бодро поднимается к себе в лабораторию на пятый этаж, нередко не пользуясь лифтом.

Больше четверти века назад вышел Лев Сергеевич на пенсию, но бросить работу и не подумал. Трудится он ежедневно по 10–11 часов. Его сильные большие руки и сегодня легко справляются и с тонким радиомонтажом, и со слесарным инструментом. А пришлось потрудиться этим рукам немало. Почти всегда Термен сам был исполнителем разработанных им устройств и приборов, а на его счету сотни изобретений.

Полвека назад Льва Сергеевича встречали в крупнейших странах Старого и Нового Света как мировую знаменитость. Еще бы, выступал музыкант, извлекавший звуки прямо из… воздуха! Подвижные красивые руки, ни к чему не прикасаясь, дирижировали, а воздух пел и светился. Звучал изобретенный Терменом первый в мире электромузыкальный инструмент в сопровождении изобретенного им же светомузыкального устройства…

Как же все начиналось а удивительной и такой непростой жизни Льва Сергеевича?

Еще в 1910 году гимназист Термен горячо и убедительно рассказывал притихшей аудитории о свойствах токов высокой частоты, сопровождая свой доклад остроумными экспериментами. В это же время он строит любительскую, но хорошо оснащенную обсерваторию.

В 1914 году Лев Сергеевич поступает в Петербургский университет и учится сразу на двух факультетах – физическом и астрономическом. Но и этого кажется мало пытливому юноше. Учебу в университете он совмещает с занятиями во 2-й Петербургской консерватории.

Время было тревожное. Шла к бесславному концу первая мировая война, приближалась гроза великой Революции. Термен не мог в такое время оставаться в стороне. Он окончил ускоренный курс военно-инженерного училища, затем высшую офицерскую электротехническую школу с дипломом военного инженера. С начала 1917 года стал руководителем радиоклассов командного состава запасного электротехнического батальона и начальником радиостанции 1-го радиобатальона, членом его революционного совета. В ту пору ему шел 21-й год…

В 1918 году Льва Сергеевича назначили заместителем начальника военной радиотехнической лаборатории управления Красной Армии в Москве. А немного спустя направили на самую мощную в то время радиостанцию «Детское Село». Он заведовал передатчиком вплоть до подхода белогвардейцев, когда радиостанцию пришлось взорвать…

После гражданской Термена пригласил к себе в только что организованный Физико-технический институт академик А. Ф. Иоффе. Здесь собрались многие молодые ученые, с энтузиазмом встретившие революцию. Невзирая на голод, холод и разруху, жадно принялись за физические опыты и теоретические исследования. Заведующий лабораторией электрических колебаний Лев Сергеевич Термен с головой окунулся в научные эксперименты, а вскоре разработал принципы радиосигнализации, потом сделал прибор для радиоизмерения диэлектрической постоянной газов.

Одновременно звало его и другое увлечение юности – музыка. Появилась идея использовать новейшие достижения физики для создания совершенно новых музыкальных инструментов.

Любопытно, что еще в 1917 году в России возникло Научно-художественное общество имени Леонардо да Винчи, которое призывало совершить революцию в музыкальной теории и технике на основе тесной связи науки и искусства.

Существующие музыкальные инструменты считались недостойными технических достижений XX века. И когда по институту прошел слух, что Термен «играет Глюка на вольтметре», к изобретателю стали стекаться любопытствующие из соседних лаборатории: кто подшутить, а кто и дать дельный совет.

А началось с того, что однажды, работая с прибором для радиоизмерений плотности газа, Лев Сергеевич заметил, что тон сигнала в наушниках на выходе Прибора изменяется, когда к открытому конденсатору приближается рука. Он попробовал покачивать пальцами рядом с конденсатором, и звуки в наушниках приобрели красивую вибрацию И теплоту.

Узнав об этих экспериментах Льва Сергеевича, А. Ф. Иоффе посоветовал ему серьезно заняться созданием нового музыкального инструмента.

И вот спустя несколько дней первый терменвокс был готов. В основе его – два связанных высокочастотных ламповых генератора: один – управляемый емкостью в контуре, второй – неуправляемый. Между ними возникают биения на звуковой частоте. Двигая рукой в пространстве, можно управлять их частотой.

Теперь звуковой сигнал оставалось усилить и воспроизвести. В ту пору громкоговоритель еще не изобрели: были только наушники. И Термен сделал огромный «наушник», приделав к «тарелке» рупор для усиления звука.

В 1921 году в Политехническом музее проходил VIII Всероссийский электротехнический съезд. На нем-то новый инструмент и держал свой первый серьезный экзамен. Термену предложили выступить с докладом и демонстрацией терменвокса. На следующий день «Правда» писала: «…Ознакомив слушателей с конструкцией катодного реле, т. Термен указал на возможности воспроизведения электрическим путем музыкальных звуков и весьма талантливо продемонстрировал поражающие по своим внешним проявлениям опыты: двигая в воздухе рукой перед металлическим экраном, он воспроизводил звуки от мембраны, включенной в цепь, регулируя высоту тона в зависимости от расстояния руки от экрана. Изумленная аудитория прослушала целый ряд воспроизведенных указанным образом сложных музыкальных произведений. Доклад был заслушан с напряженным интересом и вызвал оживленный обмен впечатлениями».

А вскоре А. М. Николаев, ведавший в стране вопросами радиотехники и радиостроительства, рассказал о терменвоксе (так назвали газетчики инструмент) и о других изобретениях Термена В. И. Ленину. Владимир Ильич, внимательно ознакомившись с материалами съезда (именно на нем был принят исторический план ГОЭЛРО), в частности, заинтересовался опытами Льва Сергеевича и попросил организовать встречу с изобретателем, послушать его чудо-инструмент.

А. М. Николаев в своих воспоминаниях писал, что В. И. Ленин «выкраивал время для того, чтобы следить за развитием техники, в частности радиотехники, и даже входить в такие детали, которые у иных руководителей ведомств за кучей других дел ускользали из внимания».

…Много раз расспрашивал я Льва Сергеевича об этой встрече с вождем. Он подробно, немного волнуясь (даже и сейчас!), говорил обо всем, что произошло в тот незабываемый для него день.

Утром погрузили аппаратуру, «радиосторож», терменвокс и аккумуляторы на старенький «Остин». Помогал Льву Сергеевичу молодой лаборант Григорий Файн. К десяти уже были в Кремле. Аким Максимович Николаев встретил их и провел в кабинет В. И. Ленина, где и должна была состояться демонстрация.

Рядом в зале стояло прекрасно настроенное пианино, и Термен теперь пожалел, что не пригласил с собой аккомпаниатора. Ведь «голос» инструмента напоминает человеческий и особенно хорошо звучит в сопровождении фортепиано. Пианистка нашлась неожиданно – свои услуги предложила Лидия Александровна Фотиева – секретарь В. И. Ленина, превосходно проигравшая весь репертуар.

И вот наконец все готово к демонстрации. Владимир Ильич пришел прямо с заседания ВЦИКа. Быстрым шагом подошел к аппаратуре, с интересом все осмотрел, задавая короткие вопросы, свидетельствовавшие о хороших знаниях электротехники.

Сначала Лев Сергеевич показал работу «радиосторожа». Принцип его действия был тот же, что у терменвокса. Когда человек приближался к металлической вазе, выполнявшей роль антенны, раздавался звонок. Один из присутствующих решил обмануть чуткого «радиосторожа». Обмотав руку шарфом и нахлобучив сверху для верности шапку-ушанку, он стал медленно подкрадываться к вазе. Естественно, раздался оглушительный звон, а вслед за ним взрыв хохота, Ленин поднялся с места, громко и искренне смеялся, держа руки на поясе и наклоняясь вперед, над фомой неверующим.

Подошло время демонстрировать Терменвокс. В кабинете Ленина тихо и проникновенно зазвучал чистый, почти человеческий голос, оттеняемый чутким аккомпанементом Фотиевой. Вслед за романсом «Не искушай меня без нужды» были исполнены ноктюрн Шопена, «Лебедь» Сен-Санса.

«Я чувствовал, – вспоминал позднее Термен, – что Владимир Ильич с интересом слушает голос нового инструмента. Это придавало мне силы, я играл с подъемом… А в середине последнего номера – «Жаворонка» Глинки – произошла приятная неожиданность: Владимир Ильич быстро поднялся со своего стула.

– Позвольте мне, товарищ изобретатель…

Не зная музыки, легко извлечь на инструменте неверные звуки, и я, боясь такой неполадки, тотчас встал позади Владимира Ильича. Попросив аккомпаниатора играть сопровождение к «Жаворонку», я взял руки Владимира Ильича в свои и стал исполнять мелодию. Однако я быстро понял, что он сам чувствует, как надо играть. Это могут делать только люди с очень хорошим музыкальным слухом. Уже на второй музыкальной фразе я отпустил его руки. Он хорошо докончил мелодию под общие бурные аплодисменты. После этого он сказал обращаясь ко всем: «Вот, я говорил, что электричество может творить чудеса! Я рад, что именно у нас появился такой инструмент». Вскоре Ленин писал в одном из своих писем, что «…инженер Термен показывал нам в Кремле свои опыты…».

И когда сейчас Лев Сергеевич рассказывает о той далекой встрече, лицо его светлеет, будто и не было потом нелегких шести десятилетий в его жизни, будто навсегда согрели его доброта Ленина, его внимание и его участие. По распоряжению Владимира Ильича Термену выдали годовой железнодорожный билет для повсеместного бесплатного проезда, чтобы он мог везде пропагандировать свои изобретения и рассказывать о возможностях электричества. И Лев Сергеевич объездил с лекциями-концертами чуть ли не всю нашу страну.

В 1925 году во всем мире изобретатели проявляли большой интерес к проблеме телевидения. Уже было разработано несколько способов передачи по телефонным или радиоканалам фотоснимков, чертежей и даже кинофильмов. Однако непосредственно наблюдать на экране приемного устройства события, происходящие в другом месте, еще не умели.

Эту задачу практически решил первым в мире Л. С. Термен. «Открытие Л. С. Термена – огромного и всеевропейского размаха. Я особенно подчеркиваю ту непомерную работу, которую проделал Л. С. Термен, кропотливо испытавший каждую деталь своего изобретения и закончивший его в полгода» – так с гордостью писал о своем ученике академик А. Ф. Иоффе.

Изобретением Термена заинтересовались многие, и вскоре, в 1927 году, отлично отлаженный «телевизионный комплекс», как мы бы теперь сказали, уже стоял в кабинете К. Е. Ворошилова – обсуждались возможные сферы его применения.

А Термен в это время по заданию Советского правительства собирался в длительную заграничную поездку.

Сначала был триумфальный успех на Международной музыкальной выставке во Франкфурте-на-Майне в июне 1927 года. Затем гастроли в крупнейших западных странах. В те годы на Западе еще не было электромузыкальных инструментов, поэтому выступления Термена вызвали настоящую сенсацию. Ему устраивали овации в Берлинской филармонии, в парижской «Гранд опера», в «Альбертхолле» Лондона, в нью-йоркских «Карнеги-холл» и «Метрополитенопера», в Вашингтоне, Бостоне, Чикаго и многих других городах.

В США с Терменом сотрудничали такие выдающиеся музыканты, как Стоковский, Ситетти, Хейфец, Менухин. Американцы включили имя Термена в список двадцати пяти мировых знаменитостей. Три компании начали выпуск терменвоксов и изготовили их около 3 тысяч.

Отдавал должное трудам Термена композитор Морис Равель, приходил в студию Льва Сергеевича Чарли Чаплин, с восторгом отзывавшийся о терменвоксе. Неоднократно встречался изобретатель с Альбертом Эйнштейном, который впервые слушал игру Термена еще в Германии. После одного из концертов Эйнштейн сказал журналистам: «Свободно из пространства вышедший звук представляет собою совершенно новое явление».

А Термен совершенствовал свое детище. От терменвокса он переходит к терпситону. Если в первом звук рождался в результате движения рук в пространстве, то второй отзывается на пластику всего тела исполнителя. Теперь стал возможен не танец под музыку, а танец, рождающий музыку.

Быстро прошли десять лет жизни в Америке, заполненные работой, связанной с организацией смешанной советско-американской компании по производству электромузыкальных инструментов. В 1938 году Лев Сергеевич возвратился домой. На длительное время он оставляет музыку и сосредоточивает свои конструкторские поиски на других областях физики, в которых он тоже добивается немалых успехов.

В начале шестидесятых годов Термен выходит на пенсию и вновь возвращается к увлечению молодости. Он строит все новые и новые модификации терменвокса, делает его многоголосым: кажется, что звучит целый хор или большой орган.

Задуман новый инструмент, управляемый голосом человека, говорящего шепотом. В недалеком будущем люди с тонким слухом, но не имеющие голоса смогут с помощью такого терменвокса исполнять арии, скажем, не хуже Шаляпина.

Да, непросто перечислить все, что придумано и сделано этим Инженером и Музыкантом, этим Тружеником, для которого вся его жизнь – непрекращающийся рабочий день.

Мы заканчиваем этот небольшой рассказ описанием одноголосого терменвокса – первенца Льва Сергеевича. Желающие смогут повторить эту конструкцию, пользуясь ламповой техникой, или же самостоятельно перевести ее на современную элементную базу: полупроводниковые приборы, интегральные микросхемы.